Крещение

Мастерская

Пасхальная открытка

Куда бы Вы не направили свой путь, каких бы вершин Вы не хотели бы достичь, как бы не сложилась Ваша жизнь, главное остаться с Богом и в Церкви.

Эта открытка пришла ко мне сейчас, из того века. В правом нижнем углу стоят инициалы А.Д. ( архиепископ Рязанский и Косимовский Димитрий Градусов) и на обороте текст:

«Милый и дорогой Александр Иванович! Наконец-то Господь послал мне возможность послать Вам слова моей глубочайшей любви и уважения, которые я не переставал и не перестаю питать к Вам. Вы в моем представлении живете, как прекраснейший образец христианина. Всегда поминаю Вас на своих бедных молитвах. Тяжелый недуг, посетивший Вас, является для Вашего спасения, свыше ниспосланной лествицей в тот мир, где нет ни болезней, ни страданий, ни горя. Крепко Вас обнимаю , благословляю и целую. Господь и Пречистая Матерь да хранят Вас!

Эти слова любви адресованы Александру Ивановичу Чернобаеву, человеку с удивительной судьбой.

Александр Иванович Чернобаев

Вот что он написал в своей автобиографии:

Я врач, Александр Иванович Чернобаев, родился 15.10.1889 г. Происхожу из мещан г. Рязани. В 8 лет потерял мать, а в14 лет потерял отца. С 16-летнего возраста, будучи учеником Рязанской 2-й гимназии, начал давать частные уроки отстающим ученикам.

Окончив Рязанскую 2-ю гимназию весной 1908 года, я поступил в Московский Университет на медицинский факультет, который и окончил в 1914 году. Звание лекаря получил в 1916 году, т. к. в июле 1914 года был мобилизован в армию и был назначен младшим ординатором 58 Св. Эв. госпиталя в г. Тамбов.

Кроме работы в военном госпитале я одновременно работал в госпиталях Союза городов. В течение 4-х лет этих все время работал в госпиталях кожно-венерологических. Два года заведовал Кожно-венерологическим отделением госпиталя 104 в г. Ярославле.

Потом в течение 32 лет вел прием по кожным и венерологическим болезням на дому в г. Рязани.

Удивительно, что профессия спасла Александра Ивановича и его семью от репрессий. Из воспоминаний внучки Зинаиды Николаевны: «Дедушка вырос глубоко верующим человеком . Всю жизнь прожил в лоне Православной церкви и нас к этому приучил. В воскресные и праздничные дни вся семья одевала лучшие одежды и отправлялась на службу в храм, хотя времена были не простые. Повсеместно закрывали храмы, преследовали верующих. А нашу семью не трогали. Причина была одна. Дедушка лечил болезни, о которых было не принято говорить. Посещали его и работники НКВД, и представители власти. Даже выделили ему помещение с двумя входами: для семьи и болящих. Потому и закрывали глаза на его духовную жизнь. Дети и внуки учились в школе, но ни в пионеры, ни в комсомол не вступали. Однажды меня спросили, как же я верующая, а на уроках отвечаю теорию Дарвина. На что я ответила, что я говорю, о чем думал Дарвин, а о чем думаю я, меня никто не спрашивал. Больше не приставали.»

Преследовать открыто не преследовали, но облагали непосильными налогами. И когда нечем было платить, приходили в дом и забирали все, что попадалось на глаза. Страшно было, когда приходили с обысками, а в сундуке пряталась церковная утварь, которую приносили на хранение из закрывающихся храмов. На сундуке делали детскую постель и накладывали детские игрушки. Это спасало.

Во главе Рязанской и Шатской епархии в то время был архиепископ Иувеналий (Масловский). Из воспоминаний об архиепископе Анны Евгеньены Грохольской: «Постоянными посетителями собора были дочь профессора Московского Университета и внучка Саввы Морозова Мария Геннадиевна Смольянинова, секретарь Владыки Анна Константиновна Арнольди (в прошлом дочь помещика), врач Александр Иванович Чернобаев…» Хотя сами жили впроголодь, материально и морально старались поддержать архипастыря. Александр Иванович тоже часть своих средств отдавал Владыке. Однажды дочь Галину задержали при передачи денег. Она сказала, что отдавала долг. Вроде бы поверили, отпустили.

22 января 1936 года архиепископа Иувеналия арестовали, отправили в Сиблаг, 13 октября 1937 года расстреляли в Томске.

В мае 1944 года епископом в Рязани становится архиепископ Димитрий Градусов. С ним связана следующая история.

У Александра Ивановича был сын Евгений, который прислуживал в алтаре храма. Там он познакомился и подружился с будущим архимандритом Авелем (Македоновым) и будущим митрополитом Никодимом (Ротовым).

Архиепископ Димитрий Градусов

Вот что рассказал об архиепископе Димитрии архимандрит Авель. «Однажды трое мальчишек – архиерейских иподиаконов – радостно шли на всенощную. До единственного действующего в городе храма – Скорбященской церкви – было четыре километра пути, и они, как это свойственно юным отрокам с чистым сердцем, стали вслух мечтать о том, кто из них кем станет в будущем. Первый серьезно заявил, что мечтает послужить Богу, защищая Церковь от нападок агрессивного безбожия, став архиереем. Второй смиренно поведал о том, как он хотел бы стать монахом, чтобы всегда пребывать рядом с храмом Божиим. Третий отрок, у которого уже начал пробиваться солидный басок, поделился мечтами о том, как он станет маститым протодиаконом, украшающим своим служением церковные праздники.

Когда три мечтателя, встретившись с владыкой Димитрием, стали по очереди подходить к нему за благословением, то, благословляя первого, владыка сказал: «Здравствуйте, Ваше Высокопреосвященство! Как Вы поживаете? Как спасается Ваш многочисленный клир и паства?» – это был Боря Ротов, будущий митрополит Ленинградский и Новгородский Никодим, Патриарший Экзарх Западной Европы, председатель ОВЦС – один из самых выдающихся церковных иерархов Российского Православия XX века и наставник нынешнего первосвятителя Святейшего Патриарха Кирилла.

Второй отрок услышал от владыки вопрос: «Как там Ваши монахи, досточтимый отец игумен? Как Вы спасаетесь о Господе?» Это был будущий архимандрит Авель. Ему владыка Димитрий впоследствии категорически запретил становиться архиереем (видимо, зная, что ему не раз представится такая возможность), всячески подчеркивая, что Господом уготовано ему старческое служение. Из-за этого владыка не разрешил батюшке получать духовное образование и в весьма юных летах постриг его в схиму с именем Серафим (так как схимник по канонам Русской Православной Церкви не может стать архиереем). Помимо этого, пострижение в схиму было вызвано сердечным заболеванием, из-за которого врачи давали юному иеромонаху Авелю буквально несколько лет жизни.

Третий мальчик, подойдя под благословение, услышал от прозорливца грозное внушение: «Что же это Вы, отец диакон? Утром на обедне – вечером в театре? Вы уж определитесь, кому Вы служите…» Впоследствии этот человек стал диаконом. Это был сын Александра Ивановича Чернобаева Евгений. Не просто сложилась его жизнь. Дьяконство пришлось оставить, но до конца жизни он был глубоко верующим человеком. Все предсказания архиепископа сбылись.

В 1946 году у Александра Ивановича умерла жена Ольга Степановна. Ему прочили монашество, рукоположение и даже епископство. Но не как мы хотим, а как Богу угодно, Через два года он перенесет тяжелейшую операцию на головном мозге, после которой его парализовало и он 25 лет пролежал недвижимым, но в разуме. Это и была его лествица. Представился ко Господу в 1972 году. Да сих пор в Рязани, сохранилась улица Чернобаевская. Все эти годы церковь не оставляла его. О чем свидетельствует и эта Пасхальная открытка.

С Богом жил и с Богом умер.

Все это я узнала из рассказов внука Александра Ивановича Ивана Чернобаева и правнука Дмитрия Нетунахина, которые по крупицам собирают историю своего рода. Помоги им, Господи.

Галина Александрова
2018 год